The Home County

Помнишь запах мокрой земли после дождя и тяжелый пар, поднимающийся от прогретых камней? Здесь тебе предстоит поселиться. Ты почувствуешь вес ключей от старой усадьбы в кармане, услышишь скрип флюгера на ветру… а потом поймешь, что от твоего слова теперь зависит слишком многое.

Ты поведешь их — этих шестнадцать душ с их тихими радостями и потаенными обидами. Станешь для них господином, чью волю принимают безропотно? Или попробуешь идти рядом, ощущая на ладони шершавую текстуру общего труда? Выбор осязаем, как холодная ручка плуга перед рассветом.

Их руки пахнут металлом и смолой. Садовница, чьи пальцы всегда в земле, способна вырастить цветок, что разбивает камень. Кузнец выковает не просто инструмент, а продолжение твоей воли. Но попробуй заставить их — и ты увидишь, как тускнеет свет в окнах мастерских. Их лояльность нельзя купить, ее можно только… выпестовать.

А еще есть Сад. Не просто клумбы, а нечто живое и раненое, пульсирующее под слоем пепла. Его хрустальные стебли бьются в лихорадке, и только ты знаешь, как унять эту боль.

Между отчетами и раздачей заданий всегда найдется минутка. Стоит ли провести ее с удочкой у реки, где стрекозы касаются воды, оставляя круги? Или спуститься в шахту, где воздух густой и пахнет железом? Там, внизу, не только руда. Там — эхо прошлого, обрывки писем и тишина, которая звенит в ушах.

Вечером же… вечером можно просто лечь в теплую воду, слушая, как остывает день. Или включить crackling-радио и дремать в кресле под шипение эфира. А завтра снова придется решать: строить новую мельницу или выслушивать жалобы пекаря на сквозняк в печи.

Ведь процветание — это не просто цифры в ledger. Это тепло очага и упрямая надежда, пробивающаяся сквозь толщу времен, как тот самый хрустальной росток.