Unseen

Ты задерживаешься допоздна, снова. Глаза слипаются от усталости, а в воздухе висит запах старого кофе и пыли с фотобумаги. Просто нужно где-то переждать ночь, найти любой угол. Кажется, повезло.

Но стены в этом месте дышат иначе. Не равномерно, а с придыханием, будто скрывая чей-то вдох за спиной. Ты исследуешь пространство не как герой, а как свидетель — твои пальцы скользят по поверхностям, оставляя следы на слое холодной пыли, а звук собственных шагов возвращается к тебе с опозданием, будто его кто-то задерживает. Каждая найденная безделушка не приближает к разгадке, а только туже затягивает петлю недоумения. Зачем здесь эта фотография? Почему замок на окне выглядит новым, а ручка отломана изнутри?

Головоломки здесь — не механические задачи. Это щелчки в темноте, которые ты должен интерпретировать кожей. Свет лампы мерцает ровно тогда, когда ты начинаешь что-то понимать. Или тебе только кажется? Паранойя — это не состояние, это вкус на языке. Металлический, как кровь от случайно прикушенной щеки.

Фотореализм играет против тебя. Тени ложатся слишком правдоподобно, текстуры обманчиво осязаемы — и когда что-то в этой безупречной картине вдруг сдвигается на полсантиметра, мозг отказывается верить глазам. Звук скрипа половицы где-то наверху уже не просто атмосфера. Это указание. Приглашение.

А что, если это место не становится зловещим? Что если оно всегда таким было и просто ждало, пока ты сам закроешь за собой дверь? Каждая комната — это новый лепесток страха, который медленно раскрывается в темноте. И ты в центре этого цветка.

Просто посмотри внимательнее на эту стену. Разве трещина на обоях вчера имела такую... форму?