Lost Times

Ты стоишь у двери, которая отделяет последнее человеческое тепло от леденящего хаоса снаружи. Каждый стук в стальную броню отдается в твоих костях. Впустить? Отвергнуть? Решение — это не мысль, а мышечный спазм, после которого мир внутри меняется безвозвратно.

Здесь воздух пахнет озоном от старых фильтров и сладковатым потом страха. Ты слышишь шепот за спиной: скрип сапог Стражей, требующих порядка любой ценой, мерный гул машин Искр, для которых ты — либо инструмент, либо помеха. А еще — тихое пение Светочей, их ритуалы очищения оставляют в воздухе запах паленых трав и чего-то... неродного.

Твоя власть — это VEX, холодные металлические диски. Они липнут к пальцам. Просчитаешься на пару штук — и вот уже взгляд горничной Харли скользит мимо тебя, а рекруты за столом перестают замолкать при твоем приближении. Деньги здесь не покупают вещи. Они покупают вздох облегчения, преданный взгляд, возможность на минуту выпрямить спину.

А потом есть лица. Те, что являются из пыли пустошей с мольбой в глазах. Старик с руками, покрытыми странным перламутром... Впустишь? Ритуал Светочей может «очистить» его, но ты слышал крики из-за двери их часовни. Каждое «да» или «нет» притягивает одних и отталкивает других. Иногда награда — это ящик консервов. А иногда — доверительная беседа в полумраке, где счет ведется уже не в валюте, а в учащенном дыхании и случайных прикосновениях.

Но помни: каждый новый союзник — это еще один рот, который нужно кормить каждую неделю. Их верность висит на тебе тяжким грузом, как связка ключей. Можно собрать целый гарем из симпатизирующих тебе душ или построить непробиваемую охрану. Но однажды ты проснешься и поймешь, что работаешь лишь на то, чтобы заплатить им всем... а сам давно перестал быть хозяином положения.

Играешь в политику? Она играет тобой. Заботишься о благополучии? Оно оборачивается мягкотелостью. И где та грань, где заканчивается расчет и начинается что-то настоящее? В этом-то и вопрос.

Здесь нет эпичных битв с монстрами. Главное сражение происходит за обеденным столом, в распределении пайков и в том, чей шепот ты решил услышать сегодня вечером. Потеряешь ритм — и убежище начнет тихо умирать у тебя на глазах. Будто организм, отвергающий собственное сердце.