Fingertips mountain sea

Ты просыпаешься в дыму. Где-то кричат, где-то трещит дерево — город уже не твой. Отец лежит у трона с раскроенным черепом, а в горле стоит ком: не то пепел, не то ярость. Бежишь. Не успеваешь даже схватить меч — только горсть монет из казны да дрожащие руки тех, кто еще верит в наследника.

Корабль скрипит под ногами, соленый ветер бьет в лицо. Остров встречает тебя плеском волн и шепотом пальм. Здесь нет никого. Только песок, пропитанный запахом гниющих водорослей, да старый сундук с позолотой, наполовину зарытый в землю...

Сколько золота нужно, чтобы купить престол? Ты считаешь монеты под треск костра, а вокруг теснятся тени будущей армии. Каждый день — как глоток воды из потрескавшегося кувшина: база растет медленно. Дерево рубят с хрустом, камни ломают с глухим стуком. Юниты смеются ночами у огня — их песни пахнут перебродившим яблоками и потом.

А потом умирают. Просто так: споткнулся, упал — вот уже скелет белеет на поле. Или старик засыпает у станка... и все. Ты поднимаешь цены на хлеб — в ответ ропот. Даешь субсидии — толпа ликует. Разве они понимают, что каждый глоток их пива оплачен твоей бессонницей?

Флот требует смолы и нервов — доски гнутся под пальцами, словно живые. Сокровища прячутся в пещерах, где воздух густой от плесени... но разве это остановит того, кто видел, как отец истекает кровью на мраморе?

Играешь не в стратегию — в судьбу. Где каждый клик отдается звоном мечей или стуком сердца ребенка, который завтра станет солдатом. Или трупом.