ThornSin

Отправишься в путь вместе с ней, и вскоре поймешь, что ее доспехи скрипят не от крови демонов, а от напряжения мышц под ними. Каждый шаг по этой земле отзывается глухим гулом под сапогами, будто континент — это высохшая кожа, готовая треснуть.

Она сражается. Ты видишь, как ломаются кости чудовищ с хрустом переспелого плода, чувствуешь запах гари и медной пенки на губах после боя. Но настоящая битва происходит внутри — там, где сталкиваются вера и плоть. Вспомнишь ли ты звук собственного сердца, когда вокруг только вой?

Ее прошлое — это шрам, который ноет при смене ветра. И она идет на эту боль, потому что под струпьями старой веры пульсирует что-то живое. Ты ведь тоже иногда чувствуешь, как в груди шевелится незнакомая тяжесть?

Мир вокруг давно привык к резне. Здесь зачистка монстров стала рутиной, вроде утренней молитвы. Но что остается в душе, когда ты день за днем вычерпываешь из ран чужаков липкую, темную субстанцию? Легко забыть, какая из них твоя.

Она ищет ответы, а находит лишь новые трещины в собственной броне. Каждая встреча оставляет на ней след — не царапину, а скорее изменение вкуса во рту. Горьковатый привкус сомнения. Солоноватый — памяти.

И когда в финале она встретится с тем, что пряталось в глубине... ты не сразу поймешь, смотришь ли в глаза древнему ужасу или на свое отражение в запекшейся луже.