After... Prologue

Здесь не осталось ничего, кроме ветра в ребрах высоток и тишины, которая звенит в ушах. Ты идешь по миру, который умер, но забыл об этом. И теперь он дышит — прерывисто, хрипло. Это дыхание слышно в скрипе ржавой вывески, в шелесте бумаги под ногой… а иногда оно превращается в стремительный топот. Они быстры. Невыносимо быстры. Смотреть на них — все равно что смотреть на сбой в реальности, мелькание искаженной плоти. Столкновение? Нет, это не выбор. Это конец.

Выживание здесь — это искусство быть тенью. Ты учишься слушать кожей: улавливать запах гнили за углом, различать в какофонии разрушения тот самый звук — сухой щелчок когтя по бетону. Каждый твой шаг становится вопросом: сместить эту банку или сделать крюк в три квартала? Иногда правильный ответ — замереть и считать удары собственного сердца, пока мимо проносится кошмар.

Искать приходится во чреве этого каменного исполина. Заброшенные квартиры пахнут пылью, тленом и сладковатым запахом старой беды. Ты открываешь холодильник, и этот звук — шипение разгерметизированной двери — кажется тебе самым громким звуком на планете. Найдешь ли ты там банку консервов или лишь тихий шепот прошлой жизни? А может, что-то проснется на этот шум.

Доверие — понятие из другого мира. Здесь ты доверяешь только ощущению пола под ногами и собственному адреналину, горькому привкусу на языке. Рассчитываешь только на себя: на то, как ты запомнил расположение лазов, как научился читать улицы словно карту угроз. Смекалка становится твоим главным оружием, острее любого клинка.

Это не просто поиск ресурсов. Это постоянный диалог со смертью, где каждая находка — пауза в монологе. Продлишь ли ты этот разговор еще на день? Или одна ошибка, один неверный шаг станет той самой точкой… после которой уже не будет ничего. Кроме ветра в ребрах пустых зданий и чужого дыхания в тишине.