Contra Spem Spero

Ты останавливаешься на обочине, и тишина после заглохшего двигателя затекает в уши воском. Дорога кончилась, а лес начался — не резко, а как гниение: асфальт стал мягче, потом потрескался, пока под ногами не зашелестела холодная, влажная земля. И свет... он просто растворился, будто его выпили деревья-великаны. Теперь у тебя только дневник с шершавой обложкой и камера, тяжелая, как чужой взгляд в спине.

Здесь что-то дышит. Не за ветвями — между ними. Тени цепляются за одежду колючим репейником, а вдалеке скрипит что-то старое и деревянное... или это кости? Существа здесь не набрасываются сразу. Они ждут. Ждут, пока ты поднимешь видоискатель и щелкнешь затвором. Вспышка — и на снимке проступает не форма, а память: искаженное лицо, обрывок чужой тоски, история, вплетенная в зерно пленки. Они говорят через эти кадры. Шепчут. Обманывают? Придется решать, верить ли слезе на фотобумаге или холодному расчету в собственной груди.

Каждый шаг — это выбор на интерактивной карте: сорок два известных пути и тринадцать тех, о которых лес предпочитает молчать. Но куда бы ты ни свернул, придется решать головоломки этого места — механизмы из ржавых труб и тишины, замки без ключей. И всегда следи за собой: одна шкала — стук сердца в горле от бега, другая — ясность мысли... а она имеет свойство меркнуть, как фонарь на туманной тропе.

Осматривай все. Пальцами по мху, вдыхая запах прели и металла. Запись в дневнике может оказаться важнее найденной батарейки. Анализируй каждую встреченную историю — эта скрипучая фигура вдалеке была кем-то до... этого. Ей можно доверить последнюю банку тушенки? Или ее голод глубже желудка?

Твои решения ветвятся и путают следы. Приведут ли они к рассвету или к одному из многих финалов здесь, в чаще? Иногда кажется, что лес коллекционирует не только души, но и исходы. И разве не любопытно — какой из них твой?