Core Devourer

Ты начинаешь с медленного, тягучего пульса — шаг за шагом, выстрел за выстрелом. Каждый дроид кажется непробиваемой стеной из металла, а твое тело отзывается на каждое движение тупой болью в мышцах, будто оно еще помнит, что когда-то было просто плотью. Воздух пахнет озоном и гарью от старых пожаров. Но потом ты находишь первое ядро.

Оно теплое. Почти живое. И когда ты его поглощаешь, это не просто цифра на экране — это внутренний толчок, тихий щелчок где-то в основании черепа. Как будто просыпается новый инстинкт. И все меняется.

Скорость становится наркотиком. Ты уже не бежишь — ты рассекаешь пространство тактическим рывком, оставляя за собой лишь легкий след искаженного воздуха. Звуки боя сливаются в один непрерывный гул: треск твоих турелей, устанавливаемых на лету, жужжание дронов-помощников, визг разрываемой вражеской брони. Ты собираешь их из обломков, эти улучшения — чувствуешь, как холодные компоненты встраиваются в схемы твоего костюма, становясь частью рефлексов.

А оружие… Оно перестает быть просто инструментом. Это продолжение воли. Одни стволы насквозь прожигают металл, оставляя после себя оплавленные, дымящиеся раны. Другие — намертво сковывают целые рои ледяной коркой. И ты смешиваешь эффекты, находишь ту самую комбинацию, после которой экран просто захлебывается от числа урона. Это и есть момент настоящей эволюции: когда ты из добычи превращаешься в хищника высшего порядка.

Но мир не спит. Он отвечает тебе колоссальными волнами противников, их стальные тела сливаются в единую ревущую массу. Три попытки — вот и весь твой запас прочности. Одна ошибка, один неудачный рывок под перекрестный огонь… и ты снова почувствуешь хрупкость собственной формы.

Именно поэтому каждый бой — это танец на лезвии. Ты учишься читать поле боя по звукам: по характерному щелчку заряжающихся орудий, по едва уловимому гулу перед массированной атакой. Ты ставишь турели не где попало, а создаешь смертельные коридоры. Управляешь хаосом.

А что насчет секретов этого мира? Руины шепчут обломками данных о конце, который здесь уже наступил. Процедурная генерация каждый раз собирает пейзаж из новых ран — так что доверять можно только собственным кибернетическим чувствам.

В конце концов, вопрос не в том, сможешь ли ты очистить очередную арену. Сможешь ли ты проглотить столько силы, чтобы не разорваться изнутри?