That Time I Got Reincarnated as a Demon Hand

Представь, что твое сознание сжалось до размеров кулака — и теперь этот кулак ты. Ты чувствуешь грубый камень под кожей, слышишь шепот сквозняка в темных коридорах и запах железа, который не отличить: то ли кровь, то ли сталь. Каждый забег — это новый шрам на твоей ладони, новая история, которую ты проносишь сквозь хаотичный лабиринт.

Ты растешь. Не ввысь, а внутрь: открываешь умение рассечь тень — и замечаешь, как одна из спутниц смотрит на тебя иначе. Ее дыхание становится чуть слышнее. Ты учишься призывать на помощь трещотку с клыками — и другая, та, что молчала весь путь, внезапно рассказывает о своем страхе перед тишиной. Прогресс здесь измеряется не только силой удара, но и тем, как близко ты позволяешь кому-то прикоснуться к своему холодному хитину. Разве не для этого все?

Сражения — стремительные и жестокие. Ты парируешь, увязаешь в плоти монстров, чувствуешь, как их странная жизнь липнет к суставам. Но после битвы — тишина лагеря, потрескивание костра и чей-то смех, обрывающийся на полуслове. Ты собираешь эти моменты, как трофеи. Каждая победа открывает дверь не только в следующую залу, но и в чью-то тайну: доверительный шепот в полумраке, дрожь в голосе, когда она говорит о прошлом... а потом и тепло другого тела, которое вдруг не боится твоей остроты.

Мир перестраивается каждый раз, когда ты начинаешь сначала. Сегодня здесь пропасть — завтра цветущий сад с ядовитыми плодами. Придется адаптироваться. Или нет? Может, проще позволить лезвию своей новой конечности вести диалог с миром... пока кто-то теплый и живой не прижмет тебя к груди, напоминая, для чего вообще нужна эта сила.

Здесь все строится на контрастах: хруст костей под твоим натиском и шелковистость волос, которые ты потом осторожно отодвигаешь с чьего-то лица. Жестокая необходимость выживать и странная нежность этих... связей. И ведь правда интересно — сколько всего можно выразить одной рукой?